Я всегда мечтала найти идеального собеседника для интервью — чтобы каждый его ответ был сам по себе произведением искусства. И выяснилось, что такой человек существует — более того, мы некоторое время прожили с ним бок о бок. На Маяковке. И зовут его Катя. Ну, вы знаете Катю.

Проблема была только одна — отсутствие формального повода для интервью. Но после дня рождения Кати, на котором она так волшебно рассказывала нам истории про город Новоульяновск и всех его обитателей, я поняла, что уже очень скоро мировая драматургия обогатится новым самобытным талантом. И я тоже обогащусь, потому что буду продюсировать все его проекты, и пьесу про Новоульяновск в первую очередь.

Работа над пьесой уже началась, и в следующем посте будет продемонстрирован ее кусочек, но мы решили не быть формалистами и не дожидаться финала, чтобы проинтервьюировать ее автора. Потом, когда о Кате начнут писать биографические произведения, это интервью станет краеугольным камнем, и я тоже не чучелком, так тушкой проникну в пантеон великих героев литературы.

— Катя, вы рассказали множество историй о людях, которые вас окружали в Новоульяновске, и ничего о себе в тот период жизни. Может быть, исправим эту несправедливость?

— Я жила в Новоульяновске в таком доме трехэтажном. С одной стороны дома у нас было фотоателье, с другой стороны дома — детская библиотека. И один раз в эту библиотеку я не сдала книжку «Как муравьишка домой спешил». Я не сдала ее вовремя, а если ты не сдал книжку вовремя, тебе предстояло иметь дело с женщиной-библиотекарем. Она была такая маленькая и с бородавкой в пол-лица. И она была очень злая, она ужасно ругалась, и мне было так страшно, что я не сдала эту книжку, и сейчас меня будут отчитывать. И я пришла в эту библиотеку и прислонила книжку к стене. И больше не брала там книжек никогда.

— Наверное, у этой библиотекарши была трудная судьба, в том числе, в плане личной жизни. Трудно в Новоульяновске найти себе мужа?

— Ну да. Там все хотят замуж выйти женщины. Вот вам типичный пример — они познакомились, когда она работала в отделе снабжения на цементном заводе, а он на заводе железобетонных изделий. И он приходил на свидания в буфет цементного завода. Поженились они, когда ей было 18. А потом он решил учиться на милиционера (там у нас выбор-то небольшой) и уехал, куда-то, по-моему, в Пермь в Школу милиции. И там нашел себе другую жену. А эта тетя Оля работала в детском саду поваром. В Новоульяновске три детских сада — «Колокольчик», «Березка» и «Золотая рыбка». Я ходила в «Золотую рыбку», это был крутой детский сад с бассейном. А еще там была заведующая, которая потом, по-моему, спилась.

— Как вы запоминаете все эти подробности?

— Просто ты вот живешь так в Москве, ничего у тебя нет особо. А туда я приезжаю, и там у меня двоюродная сестра, например, школу еще не закончила, а сама живет с чуваком, который у нас в магазине «Весна» телевизоры продает, рыжий такой, который дружил с Мишей, моим другом. То есть она еще экзамены не сдала, а уже поселилась с чуваком. Потом приезжаю на следующий год, а она уже с ним рассталась, уже ходит с животом беременная от другого чувака, который на рынке продает часы.

— Печальная какая история.

— Почему печальная? Я одного моего друга привела на фильм Александра Расторгуева, это мой любимый режиссер. А там, например что-то такое типа, женщина напилась, и муж ее бьет прям в кадре. И Лёша там такой сидит, ужасается в этом кинотеатре. Я говорю — Леша, он художник, смотри на жизнь.

— С любимым режиссером разобрались, а любимый писатель у вас кто?

— Любимый писатель — Франц Кафка. Он был хороший, он собирался жениться все время на всех. У него еще один такой мотив есть, который мне очень нравится, — слабый инфантильный мужчина, которого соблазняет какая-нибудь женщина постарше.

У Кафки есть дневники, где он в основном пишет, что он ничего не смог написать сегодня, и вчера, и позавчера. Он мог так месяцами страдать, что ничего не написал или написал что-нибудь не то. И иногда он пишет всякие забавные вещи. Например, на одной там он собирался жениться, Фелиции, у нее такое было лошадиное лицо, если честно. Представь, она раза в три больше бедного Франца Кафки, такая масштабная ваще, и он такой компактный. И он там перечислял плюсы и минусы — жениться ему или нет. В частности, он счел, что пишет он ночью, она будет к нему домогаться, и потому жениться на ней не стоит из-за этой его писательской деятельности.

— А вы когда пишете? Тоже ночью небось, как и ваш кумир?

— У нас с Кафкой действительно много общего, в частности, мы оба учились на юристов. Правда, потом я стала заниматься авиацией. Я работала в аэропорту и тогда была влюблена в одного летчика. И он там с противоположной стороны аэродрома взлетал на учебном самолете, а я такая выходила и смотрела.

— А сейчас как выглядит ваш рабочий день?

— Ну, я прихожу, делаю несколько записей в «Твиттер»... Еще у меня привычка есть ходить на сайт avia.ru зачем-то. Мне там ничего не нужно, но я, тем не менее, каждое утро на него захожу.

— И как подвигается ваша карьера?

— Знаете, что хорошо в Новоульяновске? Там у людей такие маленькие цели. А то у меня на работе всем навязывают, что все должны стать начальниками чего-нибудь. А если ты не стал начальником чего-нибудь, то ты типа не крут. Там такого нет. Одна у нас была женщина знакомая, тетя Надя Цыганок. И она работала экономистом на цементном заводе. И считалось, что она крута, потому что все там рабочие, а она — экономист. И вообще у нее был такой важный вид, что я всегда в детстве считала, что она дико крута.

— Какие у вас интересные философские взгляды.

— Моя соседка Алия говорит, что у меня подход — все отнять и поделить.

— Вернемся к Новоульяновску. Скажите, там как-то специально в детях развивают таланты, или это у них от цементной пыли случается такой прилив творческих сил?

— Ну вот я нашла недавно песни ансамбля, где я пела в юности, — «Симбирские беседы», ну и вот там у нас было еще такое младшее подразделение было, называлось «Говорушки». Они «Вконтакте» выложены. Это так смешно. Но напевать я не буду, я их не помню. В 12 лет я уже покинула этот ансамбль. Кроме того, в этих песняках нужно было осуществлять всякие шаги. А у меня же чувства ритма нет вообще. И я, конечно, никогда не попадала в шаг и никогда не могла запомнить их последовательность. Потому что я, во-первых, никогда не могла запомнить, где право, где лево, и, соответственно, не знала, где какая нога. Вот сейчас я браслет ношу, чтобы знать, что это левая рука.

— Скажите, а вот после того, как ваш проект прогремит, понятное дело, турпоток в Новоульяновск сильно вырастет.

— Я вообще-то планировала в пьесе изменить название города.

— Ну, проницательные люди понимают, где у нас в стране цементный завод.

— Их, как минимум, два, на самом деле. Есть такой город в Мордовии, называется Чамзинка, и там тоже есть цементный завод. И эта Чамзинка, вроде бы, купила цементный завод в Новоульяновске недавно.

— Тем не менее, до Новоульяновска кто-нибудь да доберется. И какие достопримечательности вы этим людям посоветуете осмотреть?

— Памятник скорбящей матери. Я его люблю очень. Она стоит такая, в платке, и ее можно подойти потрогать. У Ленина такой квадрат внизу, на котором он стоит, а у нее прям юбка, сразу так подходишь ее и хватаешь за юбку.

— И многие новоульяновцы так делают?

— Ну да. Раньше мы были маленькие, особо не схватишь. Там у юбки такие складки, и только два пролета складок, например, я могла захватить. А сейчас, конечно, не всю ее, но кое-что обхватить можно.

— А еще куда надо обязательно сходить?

— В ДК «Цементник», там моя тетя Вера преподавала танцы раньше. Потом ее сократили, но она сказала, что все равно будет у них тут танцы преподавать, даже бесплатно. Вообще моя тетя Вера хотела поступать в балетное училище, еще когда была совсем маленькая — 5 лет. Но ее не отдали, потому что это интернат, надо сразу там сдать ребенка и забрать через 10 лет. И тетя Вера пошла учиться на обивщика верха обуви. У нас есть такой кожкомбинат, там шьют сапоги и чем-то обделывают эту кожу, отчего она воняет дико. Когда проезжаешь по дороге в Новоульяновск, сначала по пути кондитерская фабрика, где пахнет карамелью, а потом этот кожаный комбинат, где пахнет гнилой кожей. И вот там она работала.

— Ваша трудовая биография тоже, кажется, полна любопытных эпизодов.

— Да. Скажем, я работала в столовой завода по производству каких-то автозапчастей. Мне надо было надевать такой чепец и белый халат. И основная моя была задача — поджарить сосиски к обеду. Там приходили эти рабочие, я им нарезала хлеб, поджаривала сосиски, клала на тарелку сосиску и два кусочка хлеба, и они это ели.

— Сейчас вы куда искуснее как кулинар.

— Я люблю готовить, но я это скрываю. Потому что это как-то не вяжется ни с чем. Все умеют готовить. Лучше говорить, что не умеешь готовить, потому что это более оригинально. Но я люблю передачи Джейми Оливера, они веселые. Скажем, встречается Джейми Оливер с продавщицей кабачков. Говорит ей — ешь ли ты вкусную еду, продавщица кабачков? Не ем, Джейми Оливер, отвечает продавщица. И он приглашает ее к себе на ужин. В другой передаче он к себе продавщицу сыра позвал, и одного этого, который продает мясо какое-то. Но я с мясом перематываю.

Интервью: podlina